Впервые я встретился с Венедиктом Петровичем, когда приехал с группой дипломников в Дубну, которая называлась тогда Ново-Иваньково, на дипломную практику и был распределен самым первым директором нашего института М.Г.Мещеряковым в отдел нейтронных пучков. Это было время максимального энтузиазма, по крайней мере, мне так кажется. Посудите сами: мы начинали физические эксперименты на самом большом в мире ускорителе - синхроциклотроне на 600 МэВ. Свидетельством тому, что мы находились на передовом крае физической науки, был хотя бы состав одного из семинаров тех лет (у меня есть копия списка участников): Курчатов И.В., Семенов Н.Н., Зельдович Я.Б., Мещеряков М.Г., Смородинский Я.А., Померанчук И.Я., Казаринов Ю.М., Ландау Л.Д., Джелепов В.П., Флеров Г.Н. и многие другие известные теперь всему миру физики. Ну как тут было можно "просто работать" - и мы горели на работе, горели так, что дым был виден невооруженным глазом. Уйти с работы в конце официального рабочего дня считалось просто неприличным.
Но вернемся к нашему объекту исследований. Впервые по-человечески я понял ВэПэ (кстати, мы его так и звали), когда он и я - дипломник по-очереди бегали в зал ускорителя, чтобы заменить мишень на пучке нейтронов. Ускорение при этом прерывалось. Эксперимент проводили ВэПэ и Ю.М.Казаринов. Это было исследование упругого рассеяния нейтронов на протонах при рекордно высокой энергии: эксперимент, о котором И.Я.Померанчук впоследствии на семинаре скажет: "...ради этого стоило строить ускоритель". Ничего более толкового в то время, чем замена бега с мишенями на первое автоматическое устройство смены мишеней, я в этот эксперимент не внес. А моей первой научной работой в соавторстве с ВэПэ и Ю.М.Казариновым было нужное всем, кто работал на нейтронном пучке, измерение спектра нейтронов.
Что дальше? А дальше - вся жизнь, которая всенепременно связана с Венедиктом Петровичем. При всех наших совместных исследованиях я всегда чувствовал его поддержку. Это похоже на то, как бывает в семье: сын иногда всю жизнь чувствует опору в отце или старшем брате, даже тогда, когда тот ничем не может помочь, только советом.
А Венедикт Петрович помогал не только советами, и не только мне. Многие обязаны ему, например, оказанием своевременной квалифицированной медицинской помощи. Лично я знаю несколько таких случаев, происшедших при чрезвычайных обстоятельствах. Моя собственная судьба тоже тому свидетельство. Лет 20 назад мне потребовались срочная консультация и лечение при остром воспалительном заболевании. И надо же такому случиться - был как раз канун празднования 1 Мая. Могло все кончиться для меня довольно печально, но стараниями Венедикта Петровича и Татьяны Николаевны - его супруги я был отправлен в Москву на консультацию, и дело закрутилось в нужную сторону...
Да и не только это, мало ли какие бывают в нашей жизни невзгоды. Венедикт Петрович принимает близко к сердцу разные проблемы, с которыми приходится сталкиваться сотрудникам лаборатории, и всегда стремится помочь. Более человечного и доброжелательного человека вряд ли можно сыскать.
Желаю ему оставаться таким же и в добром здравии на многие годы.
В.Б.ФЛЯГИН
hub.jinr.ru